Статьи:

Секрет счастья: горячий хлеб и ледяная вода
Заактированная экология.
В Тюмени выбрали "железных" моржей!
Лед жарче огня
Моржи — в Тюмени: авторами сенсационных побед стала американка из Нью-Йорка и 7-летний тюменец
Юбилей не за горами!
Еще "зеленые"? Или уже "зеленые"?
«Моржи» в Кремле на Красной Площади!
Конференция по Лесному кодексу
Пятилетку за три года. 12 июня
Страницы: 123456789101112...1516 далее >

Доплыть до Аляски ... и уцелеть

Привет из Америки!

Эту новость мигом подхватили все информационные агентства мира: 11 августа в 16-32 по-владивостокскому времени (09-32 мск) участники I Международного межконтинентального эстафетного заплыва через Берингов пролив «Чукотка — Аляска — 2013» вышли на берег мыса Принца Уэльского. А дальше — подробности, которые были известны ещё до сенсационного события: расстояние от мыса Дежнёва до мыса Принца Уэльского по прямой — 86 километров, температура воды — около 0 градусов…

Доплыли! Ура, доплыли! Тем, кто следил за заплывом с более пристальным интересом, в то воскресенье было плевать на нюансы. Главное, что все живы-здоровы, выдержали трудности, справились с открытой водой, не испугались шторма, не сдрейфили плыть даже ночью, встречали рассвет в открытом океане и сейчас пробуют объяснить аборигенам, что они — не тридцать три богатыря из сказки Пушкина, а одна большая сильная команда лучших представителей холодового плавания в мире.

В той команде были двое наших — Андрей Агарков и Андрей Сычев. Они рвались на эстафету, как будто там были обещаны бешеные призовые — но ничего подобного, все участники должны были сами платить немаленькие стартовые взносы. Они хотели на Берингов пролив, как будто бы там, на краю земли, можно заново открыть для себя смысл жизни. Если это и так, кто в этом признается… Никем вплавь прежде не покоренный, Берингов пролив притягивал к себе, как далекие звезды: казалось бы, есть они — и пусть, ан нет, иногда так хочется дотянуться до мерцающих светил рукой…

Кстати, уже на корабле стало известно, что в команду вошла Елена Гусева — участница первой попытки российских пловцов преодолеть Берингов пролив в августе 1991 года. Тогда они смогли проплыть только расстояние до острова Ратманова на нашей стороне и небольшой отрезок на стороне Аляски. Середина пролива им не покорилась, а значит, эстафета тоже не получилась. Непрофессиональный спортсмен, обычная крановщица, мать троих детей больше двадцати лет носила в себе сумасшедшую надежду сделать то, что миллионам людей не под силу, — это ли не заявка на подвиг?! Домой, в Березники Пермского края Гусева прислала смс-сообщение: «Переплыли!!! Было трудно. Привет из Америки!» Подобные сообщения в России получили в Красноярске, Благовещенске, Хабаровске, Измаиле, Чебоксарах, Москве, Новосибирске, Якутске, Петропавловске-Камчатском… И Тюмени.

С учётом сноса северного и южного течений

Официальная информация, появившаяся в Интернете намного позже той, от 11 августа, многое расставила по своим местам.

«В 16 часов 24 минуты 5 августа стартовал и в 16 часов 52 минуты 11 августа финишировал Первый международный межконтинентальный заплыв через Берингов пролив в рамках совместного российско-американского проекта «Чукотка — Аляска — 2013». Старт заплыва состоялся на мысе С. Дежнева Чукотского автономного округа, финиш у пос. Уэлс — Аляска, США.

66 пловцов-любителей холодового плавания из 17 стран со всех континентов и 15 субъектов Российской Федерации в течение 6 суток преодолели 86 километров по птичьему полёту, или 134 километра с учётом сноса северного и южного течений и ветра.

После двух неудачных попыток в 2011 и 2012 годах спортсменам с большим трудом удалось преодолеть Берингов пролив эстафетным способом. В ходе заплыва они боролись с сильным океанским волнением, порой доходящим до 4-5 метров высотой, холодным ветром 10-15 м/сек., порывы которого доходили до 17-22 м/сек., а также плотным туманом, из-за которого несколько раз приходилось останавливать заплыв. Температура воды в Беринговом проливе колебалась от +2 до +8 градусов Цельсия. Полной неожиданностью для руководителей заплыва явились двухцикловые приливы (2 прилива и 2 отлива в сутки), а также несколько встречных течений вблизи Аляски и между островами Ратманова и Малый Диамид. В этой связи была создана ударная команда из 30 лучших спортсменов, плавающих кролем, которые в течение двух суток штурмовали этот 18-километровый участок пролива.

При планировании заплыва организаторы намеревались преодолеть заплыв в течение 40 часов при средней скорости эстафеты до 3 км/час. Однако на российском участке пролива скорость оказалась не более 2 км/час, а на американской части — от 1,2 до 1,6 км/час. Кроме того, планировалось, что каждый пловец на своём этапе будет плыть в течение 20 минут. На самом же деле это время из-за сложных погодных условий пришлось сократить до 10 минут.

Комплексная медицинская бригада из Амурской области и Якутии провела анализ влияния отрицательных факторов погоды и температуры воды на спортсменов. Так, после 10-минутного пребывания в воде температура тела и мозга у пловцов снижалась до 32 градусов, замедлялась двигательная активность конечностей спортсменов и пространственная ориентация. Вместе с тем по мере увеличения нагрузок на последующих этапах наблюдалось некоторое привыкание к отрицательным условиям и спортсмены быстрее восстанавливали свои функции. Эти исследования могут иметь прикладное значение для военнослужащих, проходящих службу в регионах с низкими температурами в зимнее время.

Большую помощь организаторам оказала группа кайтсёрферов в составе Евгения Новожеева, Сергея Семенова и Дениса Бережнова, которые не только вели разведку течений в проливе, но и участвовали в управлении средствами доставки и сопровождения пловцов 10 и 11 августа, то есть в дни решающего штурма американской части пролива.

Если на мысе Дежнёва стартовала американская спортсменка Мелисса О’Рейли, то финишировать с российским флагом было доверено спортсмену из Хабаровска Олегу Докучаеву. За ним в массовом финише приняли участие представители всех команд, участвующих в заплыве».

Почём фунт лиха

Комментарии, как говорится, излишни, да и эмоциям в таком пресс-релизе не место, поэтому мы всем Центром «АквАйСпорт-Тюмень» ждали возвращения наших мужиков. А они снова на несколько дней попадают в зону недосягаемости сотовой связи, потом сутки стоят в море из-за просроченной визы китайского спортсмена, потом подчиняются расписанию самолетов и поездов…

Но вот становится известен день приезда и номер вагона. На базе в срочном порядке готовится оригинальный сюрприз. Жена Андрея Сычева Ирина жарит гору его любимых пирожков, Ольга Агаркова накануне до полуночи варит абрикосовое варенье — им так хочется порадовать мужей вкусненьким, домашним…

Мужики с дороги предупреждают: купили в складчину килограмм красной икры, чтобы угостить всех, кто соберется вечером на базе, оповестите людей. А народ по четвергам и приглашать специально не надо (один из клубных дней), и полсотни бутербродов исчезают с тарелок быстро… Потом все дружно идут плавать, нарезать по озеру свои километры и париться в бане — такой у нас порядок. Андрей Агарков вместе со всеми зашел было в Липовое, но быстро вышел: видимо, после бушующего моря ему не понравилась озерная гладь. А Андрей Сычев вообще отправился на пробежку, сказал, что на корабле ему не хватало… физической нагрузки. Вот и пойми этих экстремалов!

…Но вот наконец-то выдается время, когда можно включить диктофон и спокойно записать рассказ непосредственных участников заплыва. Честное слово, я была готова к степенному красочному повествованию, а получила — бурю эмоций. И на это наши ребята имеют полное право.

 

Андрей Агарков:

— Первые впечатления от эстафеты? Я так скажу: к чему-то мы готовились, вроде как тренировались, ждали от себя каких-то результатов — все это ерунда. Главное: мы остались живы. Мало того, что я неудачно соскочил в воду и буек попал под меня, я не помню, холодная была вода — не холодная. Вообще не помню… Просто помню тот ужас в себе, что я ничего не могу сделать. Я — какая-то микрочастица, амеба… А человек-то отплавал, ему нужно передать эстафету, ему-то вообще тяжело. Волна бьет, задыхаешься, отплевываешься, страх поселился, что я могу пойти ко дну… Что спасло? Уверенность, что ты где-то когда-то плавал. И когда внутренняя самодостаточность начала вылезать, смотришь, вроде и волна не такая страшная: ну ударит раз-другой, зато периодичность начинаешь понимать… Это же ночью было! Днем хоть волну видно, можно как-то подготовиться, а ночью — как в барабане стиральной машины: все крутится, ты задыхаешься, но глотнешь воздуха и понимаешь, что еще жив.

Сначала всю команду разбили на группы: шесть человек на час. Сразу было понятно, что продержаться в такой воде по 20 минут не получится, сократили время до 10 минут. Потом группу поделили на подгруппы, по 3 человека. Я в своей подгруппе был третьим номером, Сычев в своей — первым. Получилось, что я передаю эстафету Андрюхе. И первый наш заход попал в самую кутерьму, в самый ветер. В общем, хлебнули морской водицы. Днем плыть — хоть шторм, хоть ветер, ты — зрячий. А ночью — ты почти слепой, видишь только прожектор с лодки и все.

По снаряжению у нас была исключительно богатая экспедиция. Заплыв сопровождали лодки «Зодиак»: разработка американская, сборка — питерская, на таких пограничники службу несут. Ребята, которые на них работали, потом нам рассказывали, как их «Зодиаки» по волнам швыряло. Как щепки. Кстати, там парень был, старший мичман Виктор Савельев из Игрима, водолаз-диверсант, так он потом сказал: после такого похода ему ничего больше не страшно…

Мы с Андреем отработали стабильно, команду не подвели. Были, конечно, случаи, когда люди отказывались принимать дальнейшее участие в эстафете, пропускали свои этапы, и приходилось будить человека, который думал, что может поспать лишний часок… Но тем, кто дал слабинку и решил отсидеться, никто слова в упрек не сказал, просто переводили его в резерв.

Вообще эстафету начала американка Мелисса О’Рейли, прекрасная пловчиха и очень добродушная женщина. Она немного русским языком владеет, так что нам удалось пообщаться. Она вышла из воды — мы ее все поздравляли, давай расспрашивать, как вода. А как ей дистанция досталась? 400 метров на встречную волну! Она начала с прилива, а его же рвать надо…

Беренгов пролив взят! Следующая цель сборной мира — пройти пролив Лаперуза между Сахалином и японским островом Хоккайдо. Длина пролива — 94 км, ширина в самой узкой части — 43 км, средняя глубина — 20-40 м, максимальная — 118 м. Зимой пролив покрывается льдом.

По всем морским канонам нам нельзя было плыть. И «Зодиакам» нельзя, их разбить могло запросто. Тем не менее решили попробовать. Точной статистики, кто сколько проплыл — нет, невозможно ее было собрать. Но есть показания навигатора — там такие кругаля вырисовывались. Аляска — она же на рог похожа, промахнешься — и попал в Чукотское море, а оттуда — в Северный Ледовитый океан и пока зайдешь обратно — километров сто нужно пластать.

С температурой воды — тоже интересная история. Начинали с 8 градусов тепла, а когда я первый раз эстафету принимал, было уже 3 градуса. Но каждый метр мониторить не будешь же… Нас сразу предупреждали: могут встречаться линзы с минусовой температурой. И реально были моменты, когда плывешь и ощущаешь: вот вода жидкая, а вот ты гребешь в какой-то кашице… Для нас с Андреем пробыть 10 минут в ледяной воде — это ни о чем, но когда нас в госпитале начинали отогревать — пришли бравые офицеры, подняли по тревоге всю команду медиков. Военные врачи были в шоке: 10 минут в воде с минусовой температурой — да по всем канонам мы уже трупами должны стать, а мы улыбаться пытаемся. Но одного спортсмена, правда, пришлось серьезно реанимировать…

Самыми большими преградами оказались течения и нулевой меридиан. Мы просто в легкую прошли родное северное течение. Но только позади остался остров Ратманова, нашу тройку подняли, мы выходим на палубу и видим по прожекторам: оба «Зодиака» крутятся на воде, словно волчки, плыть не могут. Высоту волны мы определяли по трапу: он от воды 170 сантиметров. Волна его просто захлестывала. Тут еще ветер… Елки-палки, мы же половину дистанции прошли! Собрали всю команду, давай решать, что делать. Спорили, спорили, в итоге решили поставить на навигаторе точку и ждать погоду.

Утром встаем — вот она, граница, первый раз небо голубое увидели. Видимо, высшие силы посмотрели на нас с небес и решили дать нам шанс. Плыть тогда было одно удовольствие: всех видно, ни ветерка, ни шторма. Потом по селектору объявили: мы пересекли государственную границу. Наша вода нас наконец-то отпустила… А следующий мой заход был под вечер, рядом с островом Малый Диамит. Я, как всегда, побрился, а потом сильно пожалел: вода южного течения жжет как одеколон… Но настроение совсем другое: народ поплыл, километры поперли, Аляска, кажется, уже рядом. А потом туман. Остановились. Потом шторм. Мы отошли к острову Ратманова, где нас встречают родные касатки. Плавают рядом с бортом «Иртыша» и словно спрашивают: «Плохо без нас? А мы туда не заходим, визы нет…»

И все, настроение опять в ноль. Спать не можем, есть не можем, все разговоры только о продолжении эстафеты. Связи нет, дома всех давно потеряли, а у нас еще времени в обрез. Из-за шторма в 6 баллов пришлось на сутки встать на якорь, а за это время МИД договорился, и нам добавили еще 5 дней. А если б не добавили?! Как возвращаться? Мы же уже видели, как алеуты по берегу ходят. Не поверишь, каждый день боялись, что придется возвращаться…

Погода установилась — сформировали пробивную силу, команду кролистов, и поперли. Южное течение похоже на веер. Одну полосу тяжело прошли, другую полегче, третью вообще на ура — плюс 20 километров. И все, могли бы раньше финишировать, но решили сделать это красиво, днем, чтоб народу на берегу побольше собралось.

А население поселка Уэлс — всего 150 человек, живут на полном государственном обеспечении, лишь бы не уезжали. Они даже рыбу не ловят, в море не выходят, считают, что плавать в «гнилой» воде (так называют аборигены море из-за разного течения) нельзя. Отсыпали песком косу, на которую садится самолетик, и им реально все привозят. Деревьев там нет, одни холодные скалы. Я местным жителям урок истории преподал, поведал, что Аляска — наша земля, Тобольской губернии. Переводчик мои слова толкует, они слушают — не верят, думают, что никогда такого не было… Хлебом-солью нас точно не встречали, наоборот, мы местной главе кучу подарков вручили.

Как только я дотронулся рукой до Аляски, все, тут же захотелось вернуться домой. Интерес к этой эстафете пропал, потому что парни уже обсуждали новые проекты. Один предлагал пройти 2000 километров по Лене до порта Дудинка, дальневосточники хотят проплыть по всем местам боевой славы русско-японской войны, я вспомнил про Кизеной Ам… Многие собираются приехать в Тюмень в декабре на II Открытый кубок городов России. Парни из ЮАР показывали всем фильм, который сняли в прошлом году на нашем озере, как они плавали километр при температуре минус 34 градуса. Это нам прорубь с корочкой льда — дело привычное, а для юаровцев — настоящий шок. Фильм вообще вызвал дикий восторг! Так что будем ждать народ в гости…

 

Андрей Сычёв:

— Я на корабле каждый день бегал. Пока шли по морю к месту старта — по 7 километров в день. И на обратной дороге тоже. Реально скучно просто так плыть по морю и наблюдать в небе чаек. Еще на «Иртыше» был спортзал, достаточно бедненький, но заниматься можно. Парни показывали друг другу упражнения на растяжку, очень классные.

Сам заплыв тоже прошел классно. Мы с Андреем сколько должны были, столько и проплыли. Некоторые и 10 минут не плавали, выходили, а мы свои часы пропахали честно. Врать не стану: было реально страшно. Даже не столько за себя, а за мальчишек, что управляли лодками. Ладно, Виктор — товарищ опытный, а два других — совсем пацаны. А тут шторм: надо и плыть рядом, и за пловцом следить, и есть такая опасность, чтоб под винты у человека ногу не затянуло…

Эстафету начинали с теплой воды. Пока очередь дошла до нас (ночной заплыв, а ночи там короткие, часа два), вода уже градуса 3. Но я, как всегда перед заплывом, пью себе зеленый чай, все нормально, и совсем не беру в расчет, что море волнуется. Но корабль же большой, качка не чувствуется, а как пересели в «Зодиаки» и поплыли к месту передачи эстафеты, километра за три — укачало махом. Но что делать? Раздеваюсь, плюхаюсь в воду, принимаю у Агаркова эстафету и пытаюсь плыть. Эта десятиминутка показалась мне вечностью! Я плыл по Енисею 36 километров — мне легче было; в Тюмени два рекорда поставил — нормально. Мысль «А зачем тебе это надо, выйди на берег…» всегда приходила, но вот так сильно, как на заплыве, никогда.

И ведь силы есть, и технику, вроде, поймал, а плывешь — как будто из тебя кто-то энергию высасывает. Борешься за жизнь! Охота оглянуться — плывут ли за тобой катера… Со мной в тройке один профессор был, он раза три спросил: «А время, сколько время?» Мне тоже несколько раз хотелось задать такой же вопрос, но не спросил.

Второй раз я зашел в воду днем — было гораздо легче, потом еще легче. На пятом заходе я вообще плыл в свое удовольствие. Может, волна чуть меньше была, может, небо посветлее, кажется, что и солнышко выглянуло, я плыл по-дудински. 10 минут пролетело — не заметил, хотелось плыть дальше. (Надежда Дудина — чемпион мира по зимнему плаванию в старшей возрастной группе, приезжала в Тюмень из Каменска-Уральского и давала мастер-класс всем желающим. — Прим. автора). Я почувствовал волну, научился не тратить понапрасну силы… По идее, волна — она не мешает, а больше помогает спортсмену, если все делать правильно.

Но шестой заход снова был в ночь, и опять было трудно, не так, как в первый раз, но все-таки. В общем, надо почаще плавать в морской воде.

Вышли на берег Аляски, такая мощная группа с флагами. Небо серое, море еще темнее, волна с ног сбивает, но ты уже почву под ногами чувствуешь, и тебе ничего не страшно. Все жмут друг другу руки, обнимаются, радуются. Местные аборигены в теплых куртках и шапках — а мы такие лихие, в купальниках…

Ходить по поселку Уэлс и потом по городку Ном было очень интересно. Я в детстве прочитал всего Джека Лондона и сейчас попал в страну, где жили его герои. И сразу в памяти — Клондайк, драги, золотоискатели, приключения… Словно попал в позапрошлый век! Ном завален старым железом, у них вместо урн — огромные ковши из толстенного железа, на клепке, без сварки. Трактор видел XIX века — передние колеса в землю вросли, но такая техника! Там же в металлолом ничего не сдают, некуда… Телега стоит — задние колеса шириной сантиметров 15, окованные железом, — да это просто вечные колеса, их эксплуатировать да эксплуатировать!

А еще Аляска знаешь чем хороша? Она дает толчок для чего-то нового. Я там вот что подумал. У нас есть северные реки. Разве не интересно будет пройти от Салехарда до Обской губы, может, и Обскую губу пройти. Разве это не интересный проект? Из нашего клуба взять человек десять, других ребят пригласить да пройти тысячи полторы… Красноярцы в 2015 году пойдут до Дудинки 2000 километров, а у нас спонсоров на такое дело не найдется?

Так обидно, люди как роботы стали… Им прикольно за компьютерами сидеть, бухать, на машинах по ночному городу гонять, а поднять свою пятую точку — неинтересно. Романтики в душе не стало, что ли?

Третье открытие пролива

Первым морской проход из Ледовитого океана в Тихий нашел не Витус Беринг, а казачий атаман Семен Дежнёв. Летом 1646 года он отправился с командой на 4 кочах из Нижнего Колымского зимовья на поиски морского пути к р. Анадырь, но тяжелая ледовая обстановка заставила их возвратиться. Вторая попытка в 1647-м также оказалась безуспешной. 20 июня 1648 года экспедиция вновь вышла в море, и двинулись «встречь солнцу»... Мореплаватель Беринг прошёл по проливу между Чукоткой и Аляской (впоследствии Берингов пролив) летом 1741 года.

На первой после заплыва официальной пресс-конференции председатель рабочей группы оргкомитета заплыва Олег Докучаев сказал:

— Это событие сопоставимо с великими географическими открытиями. Впервые в истории пловцы преодолели доселе не приступное, самое не изученное по погодным условиям место из всех акваторий планеты — Берингов пролив. Учитывая непредсказуемость течения на севере Тихого океана, наша команда, несомненно, совершила маленький подвиг.

— Берингов пролив и тяжелые условия его преодоления только усилили нашу мотивацию. Мы сократили время пребывания в холодной воде для каждого участника, дабы сохранить здоровье каждого из нас. Но в сумме погружений все наши спортсмены выполнили установленную норму. Течение оказалось невероятно сильным, а температура воды — соответствующая северным широтам. Но эти обстоятельства сделали наш заплыв поистине рекордным и запоминающимся, — добавил участник с Камчатки Виктор Годлевский.

И даже всемирно известный экстремальный пловец Рэм Баркай не сдержал эмоции:

— Мы готовились к холодной и спокойной воде, но пять дней море бесилось. Это была смертельная комбинация.

Наши моржи пока о своих подвигах никому публично не рассказывали. Их участие в заплыве вообще держалось в секрете по простой причине — вопрос о финансировании проекта решился лишь за день до вылета в Москву. Но сейчас, когда все позади, они могут заявить ответственно: принимавший участие в акции главный редактор Книги рекордов России Алексей Свистунов зафиксировал заплыв через Берингов пролив как очередной рекорд страны по плаванию в холодной воде.

Кстати, 24-часовой марафон, проведенный в проруби на озере Липовое 30-31 марта нынешнего года командой Центра «АквАйСпорт-Тюмень», тоже попал в Книгу рекордов России. И в той же номинации.

Ном — город на полуострове  Сьюард  — был основан как место проживания для золотодобытчиков. Уже через год после основания в 1899-м,  население составило 12 тысяч жителей, что делало его крупнейшим населённым пунктом территории Аляска (которая ещё не стала штатом) того времени. Сегодня город известен самой престижной в мире гонкой на собачьих упряжках .


Наши клиенты